Главная » 2014 » Июнь » 23 » Журналистика в Сетевую Цифровую Эпоху

Журналистика в Сетевую Цифровую Эпоху



Василий Гатов: Решил перевести одну из важных статей Мануэля Кастельса и его соратников, которая фиксирует тенденции в развитии журналистики. Это почти дословный перевод – в некоторых местах я решил вставить в скобках свои пояснения, т.к. стиль Кастельса не так прост, как хотелось бы и он зачастую “прыгает” через некоторые необходимые понятия в тексте, оставляя некоторые сомнения в том, что именно имеется в виду. Так что замечания и слова в скобках – это мое мнение, а не текст авторов.

Ускоряющиеся перемены в современном обществе, обусловленные развитием технологий, подвергают журналистику трансформации во всех возможных направлениях – производства, распространения и использования продуктов труда журналиста. Мы наблюдаем появление новых инструментов и практик, мы ощущаем феномен который одновременно раскрывает веер новых способов создания информационных сообщений и нового определения места профессиональной журналистики в этой новой системе медиа. Все эти перемены распространяют в журналистской среде страх перед вредными последствиями новых трендов, прежде всего, в отношении качества журналистики и выживания профессии как таковой; между тем мы уверены, что происходящее развитие может, на самом деле, мостить путь к лучшей журналистике и более независимым журналистам. Эта статья как раз и посвящена обсуждению того, как и почему это будет происходить.

В цифровом окружении – где теперь работают журналисты – новые факты возникают ежедневно, если не ежеминутно; аудитория постоянно реагирует и эта реакция интегрируется в медиа-коммуникацию; все больше голосов общества становятся слышимыми; все большее количество вариантов освещения тех или иных событий становится доступным публике; все большее количество историй (и за все большее время) становится доступным, в цифровых архивах, которые допускают и поиск; все большее количество людей у власти попадает под наблюдение и контроль СМИ; все большее количество людей вовлекается в перемены мирового масштаба через такие простые акты, как фотография или видео ключевых моментов, через комментарии к блогам или через перепост историй, которые для них интересны или важны.

Эта динамичная картинка непрерывного и разнообразного «свидетельства» и документирования реальности не очень похожа на кризис журналистики, скорее, наоборот – на взрывное развитие. Наоборот, представляется, что профессия журналиста сегодня живее, чем была когда бы то ни было, с увеличивающимся разнообразием форм и контента, меняющегося с невероятной скоростью.

Если мы, как журналисты, работаем в бизнес сбора информации, ее интерпретации, распространения – мы безусловно имеем больше возможностей заниматься этим, чем имели раньше. Мы получаем существенно больше помощи в своей работе, в том числе и бесплатной, уж точно больше, чем могли бы вообразить еще недавно. В этом нестабильном и полном рисков мире общественный спрос на информацию, анализ и интерпретацию кажется, находится на наивысшем из известных нам уровней.

Так почему же журналистика должна быть в кризисе?

Кризис в журналистике представляется преимущественно кризисом традиционных бизнес-моделей для печатных СМИ и вещательных организаций (Garcia de Madariaga, 2008; Grueskin, Seave, Graves, 2011; McChesney & Nichols, 2010; Meyer, 2006). С тех пор, как потребители могут выбирать какую информацию и из каких источников они хотят получать, при том, что часть этих источников – бесплатные – они существенно реже автоматически воспроизводят привычки в медиа-потреблении, реже обращаются с газетам и традиционному ТВ, и чаще – к онлайн-новостям, спутниковому и кабельному ТВ, радио и к своим смартфонам (доклады Pew Research Center «The State of the News Media» фиксируют эту тенденцию задолго до 2012 года).

Готовность платить за информацию продолжает уменьшаться, и реклама сопровождает движение зрителей, читателей и слушателей в интернет (Gluck & Roca, 2008). Более того, ранее бесконечно широкая аудитория традиционных СМИ фрагментируется, и этот процесс заставляет медиа-компании специально подгонять контент под нишевые аудитории (Kaye & Quinn, 2010). Именно на основании этих тенденции становятся все менее работоспособными бизнес-модели, основанные на продаже рекламного инвентаря для газет и вещательного ТВ (Arsenault & Castells, 2008). Перед лицом изменяющегося медиа-потребления, медиа-компании вынуждены заниматься инновациями для сохранения прибыльности, и некоторые проваливаются, потому что как раз не пробуют заниматься своим развитием (Mersey, 2010). Все это позволяет констатировать кризис медиа-индустрии, но он не обязательно равен кризису журналистики.

Между тем, многие журналисты физически ощущают, что их профессия находится в кризисе. Почем это происходит? Увеличилась конкуренция – и в попытках вернуть ранее твердые позиции, профессионалы потеряли еще большую долю рынка. Большинство владельцев СМИ потребовали от своих редакций работать больше, производить больше – за меньшие деньги. Рабочие условия для многих журналистов ухудшились, а рабочая нагрузка возросла. Мультимедийный репортаж и частичное участие в издательских рутинных операциях стали нормой без каких-либо существенных инвестиций в подготовку или новых сотрудников. Скорее, наоборот, большинство новостных организаций сократили штат, потребовав от оставшихся сотрудников умножить свои усилия, удовлетворяя 24-часовой спрос на новости и распространить работу на множество платформ. Хотя количество людей, выполняющих функции журналистов, сегодня находится на историческом максимуме, но весь прирост численности профессионалов происходит не за счет традиционных газетных редакций или журналистов, работающих на телекомпании; вместо привычных позиций в ньюсрумах, журналисты работают как фрилансеры, как авторы веб-сайтов, в некоммерческих организациях, или как практики PR (American Census Bureau, 2009; American Society of Newspaper Editors, 2010; Mandel, 2010). Более того, развитие смартфонов и невероятный рост использования мобильных устройств, оснащенных камерами, подтолкнул развитие гражданской журналистики к новым уровням и существенно увеличил долю бесплатных источников в процессе сбора новостей.

Хотя названные события представляют собой серьезные вызовы профессиональной журналистике, наш анализ будет разделять проблемы кризиса прибыльности медиа-компаний и проблемы кризиса журналистики как таковой. Нас гораздо меньше волнует выживание традиционных бизнес-моделей, оплачивающих журналистику в редакциях, чем продолжающееся и расширяющееся присутствие журналистики как инструмента выражения общественных интересов.

Во всем мире, журналистика финансируется и поддерживается с помощью нескольких финансовых моделей, в число которых входят и государственные лицензионные сборы и налоги, филантропия, реклама, подписка, оплата за просмотр, краудсорсинг, а также смесь вышеперечисленного. Например, ВВС в Великобритании или испанское TVE, главные телевизионные вещатели в своих странах, не размещают рекламу и полностью финансируются через специальный налог. Al Jazeera оплачивается королевской семьей Катара; дизайнер Миучча Прада поддерживает существование итальянской коммунистической газеты l’Unita уже много лет; многие европейские вещатели финансируются с помощью как рекламы, так и налоговых отчислений. Наконец, интернет предоставляет новые возможности и медиа-компаниям, и хакерам, и Wikileaks, и пиратам и просто искателям прибыли. Все эти источники и модели есть естественная среда для экспериментов и инноваций. Вопрос о том, кто должен заплатить за хорошую журналистику, относится к сочетанию специфических обстоятельств и возможностей.

Журналистика как Общественное Благо

Если мы рассматриваем журналистика как публичное благо, мы должны посмотреть на те услуги, которые профессия оказывает обществу. Прибыльность не является первичной целью деятельности журналистики, тогда как производство надежной, проверенной информации, анализ событий являются необходимыми услугами для адекватной деятельности демократического общества. До тех пор, пока хорошая журналистика остается доступной, до тех пор, пока она производится более дешевым способом (благодаря технологии) и поддерживается альтернативными источниками финансирования или через новые бизнес-модели, кризис традиционных форм медиа-бизнеса и журналистской редакционной деятельности не будет воздействовать на общественные интересы негативно, и журналистика как вид деятельности не будет находиться в действительном кризисе, с точки зрения общества.

Эмпирически достаточно сложно оценить, насколько сильно упало качество журналистики в США, не говоря уже о глобальном уровне. Есть достаточное количество признаков, между тем, говорящих, что давление экономических условий на традиционные новостные организации привело, в ряде случаев, к размыванию качественных критериев при производстве журналистских произведений: меньшее количество репортеров на меньшее количество рубрик, меньшее количество точек зрения представлено в текстах и сюжетах, меньшее количество фактов проверено и качество рассказа истории тоже снизилось (Pew, 2012). Если этот тренд будет продолжаться, он определит кризис журналистики. Впрочем, даже если нам приходится наблюдать снижение качества профессиональных новостей, этот негативный эффект компенсируется, в настоящее время, отчасти появлением и развитием новых форм журналистики, таких как гражданская журналистика и журналистика данных.

Хотя недовольство традиционных журналистов вполне понятно (кто хочет работать больше за меньшее количество денег и для меньшего количества читателей и зрителей?), довольно грустно наблюдать за тем, как многие журналисты закрывают для себя возможности, которые дают новые технологии и отказываются от добровольной и щедрой помощи активных граждан, – хотя было бы правильно возглавить движение в части новых форм сотрудничества с ними для того, чтобы предложить аудиториям лучший продукт.

Чтобы преодолеть ограничения, которые возникают при следовании этой оборонительной профессиональной стратегии и привлечь журналистов к экспериментам с новыми способами сотрудничества и с новыми технологическими инструментами, мы начали документировать и категоризировать некоторые из новых, связанных с технологиями, практики журналистики, распределяя их по трем ключевым функциям:

1. Наблюдение за релевантными фактами/событиями и способность задавать правильные вопросы правильным людям;

2. Понимание наблюдений и ответов в (информационном, этическом, историческом и т.д.) контексте;

3. Объяснение этих находок, которое хорошо работает для аудитории.

В глобальном сетевом обществе, эти три функции могут быть описаны как:

4. Сбор данных

5. Интерпретация данных

6. Рассказ о данных

Если журналистика, как процесс, состоит из наблюдения за фактами и задавания вопросов, понимания ответов и донесения полученного смысла до других людей, можем ли мы утверждать, что любой человек, практикующий хотя бы часть из названных функций – журналист? Или журналист – это только тот, кто умеет хорошо исполнять все названные функции в указанной последовательности? Наше мнение состоит в том, что, в современных (технологических и коммуникационных) условиях, любой участник выполнения указанных трех задач-функций является в той или иной мере «журналистом», но он или она обычно не делает эту работу индивидуально. По мере распространения океана данных, и усложнения информации (подлежащей анализу и обсуждению) профессиональные журналисты все более нуждаются в сотрудничестве с разнообразными профессионалами и гражданскими журналистами для того, чтобы каждый из этапов осуществления функции работал адекватно. Специализация и сотрудничество будут ключевыми элементами для создания высококачественного продукта журналистики в будущем. Это приводит нас к более широкому определению журналистики, в котором должны быть учтены различные новые практики, относящиеся именно к процессу создания значимой в 21-м веке информации.

В рамках этого подхода, журналистика это не просто представление новостей (дня или недели, города или страны), но рассказ значимых историй о том, что случилось или случается в мире, понимание этого в контексте, объяснение событий и данных другим, и переложение всего этого в форму, которая позволяет потребителю воспользоваться работой журналиста (сохранить её, поделиться ею, включить в собственную информационную работу и т.д.). Хороший журналист 21-го века рассказывает истории, базирующиеся на фактах, о реальном мире вокруг себя, используя для этого текст, аудио, визуальные инструменты – и его истории устроены так, что людям удобно к ним относиться (определять свое отношение к содержанию), удобно делиться ими, и использовать иными способами. Журналистика принимает различные формы и использует различные методы доставки своего продукта – включая радио-передачи и телевизионные репортажи, литературизированную журналистику (non-fiction), фотожурналистику, визуализацию данных и многое другое. Хорошая журналистика, таким образом, помогает в создании и укреплении сообществ (communities), при этом эти сообщества все чаще объединяются общими интересами, а не только общим местом жительства.

Если профессиональный журналист больше не может быть описан через его карьерные достижения, вид образования и способ оплаты его труда, но может быть – через участие в определенных практиках, и через объем его вклада в объяснение сути информации об окружающем мире, каковы те самые новые практики, которые дают нам основания для классификации? Мы начнем с наблюдения за новыми практиками в следующих категориях: сбор данных (data collection), интерпретация (interpretation), метод рассказа (storytelling), распространение (distribution).

В традиционной журналистке, дистрибуция новостных сообщений не рассматривается как функция журналиста, она отнесена к ведению издателя, дистрибутора и маркетолога. Между тем, в результате цифровой трансформации медиа, все труднее разделить процессы создания сообщений и их распространения. Когда новости сообщаются, когда проводится исследование, когда они описываются или производятся (в телевизионном смысле этого слова), печатаются, вещаются или публикуются в сети – множеством людей в многих местах – вопрос о том, кому «достанется» и какая «версия» сообщения, и как она попадет в сознание потребителя – становится головной болью для многих журналистов.

Новые практики журналистики, определяемые технологиями

Каковы эти новые инструменты и технологически определяемые модели журналистики, которые обеспечивают удовлетворение информационных потребностей граждан в глобальном сетевом обществе? Некоторые – но далеко не все – имеют отношение к интернету; некоторые, но не все, исполняются профессиональными журналистами. Другие инструменты и модели используются дизайнерами, художниками, исследователями, программистами, деятелями кино, хакерами, блогерами и фотографами, а также всеми теми гражданами, которые вносят вклад, обычно не оплачиваемый, в растущий архив информационных сообщений о мире, который нас окружает.

Новые инструменты и практики журналистики

Ниже мы приводим частичный обзор инструментов и практик, некоторые из которых предлагают возможности нового понимания профессии – используя эти практики как детали, мы, возможно, будем в состоянии сделать набросок новой идентичности журналиста. Текущий вызов журналисту не в том, чтобы цепляясь за мифы прошлого, удержаться в настоящем, а в том, чтобы не опасаясь будущего, строить его самостоятельно и лично.

1. Сетевая журналистика (Networked Journalism)

Сетевая журналистика относится к процессу распределенной способности (человеческого общества) записывать информацию, обмениваться ею и распространять ее. В мире, где информация и коммуникация происходит вокруг интернета, образ изолированного журналиста, который работает в одиночку, спрятавшись в кубикуле ньюсрума или ведет репортаж с, скажем, места преступления – безнадежно устарел. Современный журналист представляет из себя узел сети, которая используется для того, чтобы собирать, перерабатывать и распространять информацию (Beckett & Mansell, 2008; Jarvis, 2006). В определенной степени, можно говорить о том, что формируется новый тип профессиональной идентификации – «сетевизированный журналист» – который, в свою очередь, является субъектом сетевой журналистики. Роль профессиональных способностей все еще является определяющей, как в процессе сбора информации непосредственно «в поле» совершающихся событий, так и в определении смысла собранной информации. Продолжает иметь смысл авторство сообщения и анализа, но это авторство уже в достаточной степени определяется сетевизированной практикой, которая зависит от источников журналиста, комментариев и обратной связи – и многие их этих зависимостей прочно связаны с работой через интернет. Реальный продукт журналистской практики сегодня включает в себя (результат взаимодействия) сетей различных профессионалов и простых граждан, которые сотрудничают, со-переваривают, корректируют и вычищают смыслы в историях/сообщениях, которые журналисты намереваются распространить.

Практики создания смыслов обычно не являются распределенными, однако даже они зачастую опираются на сетевой по форме и природе сбор информации и проверку фактов. Есть и пределы для Wiki-журналистики. В определенной точке процесса требуется единственный, «аналитический голос» – голос автора сообщения, рассказчика истории (не обязательно индивидуального автора, может быть и группа авторов). Результатом сетевой журналистики является множество авторских историй.

Чтобы проиллюстрировать образ сетевой журналистики, мы предлагаем три примера.

A. Разбираем на части Foxconn

В Китае и в Гонконге, после волны самоубийств рабочих, которые были сотрудниками компании Foxconn (аутсорсере Apple Inc., на фабриках компании производятся большая часть iPhone, iPod, iPad), возникла группа ученых, журналистов, представителей НКО и студентов, которые объединились для сетевого поиска надежной информации об этой гигантской компании, в которой работает почти миллион сотрудников и которая принципиально не допускает журналистов на свои предприятия. Студенты, входившие в сетевое сообщество, устроились на летнюю практику в Foxconn, и собрали информацию непосредственно от рабочих, и сделали достаточное количество фотографий. Собранная информация стала доступна другим участникам сообщества и могла быть использована для создания индивидуальных авторских произведений (output stories) с разрешения сообщества – и такие произведения появились, включая книги, документальные фильмы и академические статьи. Например, фильм Deconstructing, короткометражка режиссера Jack Qiu.

B. Причина восстания в Тунисе в декабре 2010 года

В самом начале восстания в Тунисе, Mohamed Bouazizi устроил акт самосожжения в знак протеста против вмешательства государственного служащего в дела его овощного магазина. Этот акт протеста был снят на видео дешевым мобильным телефоном и выложен в социальную сеть, однако он не стал «вирусным роликом», так как в самом Тунисе эта сеть была заблокирована правительством. Вместо этого, видео было подхвачено тунисцами, проживающими за пределами страны, и среди них был Sami Bhen Gharbia, который занимался мониторингом интернет-контента тунисского интернета для написания политических новостей или курирования новостных сообщения для сайта nawaat.org. Телеканал Al Jazeera получил видео от nawaat.org и включил его в свой выпуск новостей, который, в том числе, транслировался и в Тунисе. Таким образом, для большинства тунисцев, источником информации о символичном трагическом событии стал телеканал Al Jazeera (Zuckerman, 2011).

C. Китайские микроблоги

В Китае, микроблоги на платформе Weibo занимают место, аналогичное тем, которое в остальном мире занимает заблокированы в Поднебесной Twitter, прежде всего потому, что они полезны для возможности поделиться информацией и быстро ее распространить. Благодаря быстрому росту численности микроблогеров, Weibo стал чем-то похожим на «гражданское информационное агентство», которые привлекает внимание к случаям коррупции и к скандалам с публичными официальными лицами.

Категория: Интернет | Просмотров: 585 | Добавил: Observer | Теги: цифровую, Журналистика, эпоху, Сетевую | Рейтинг: 0.0/0

Настоящий материал самостоятельно опубликован в нашем мультиблоге пользователем Observer на основании действующей редакции Пользовательского Соглашения. Если вы считаете, что такая публикация нарушает ваши авторские и/или смежные права, вам необходимо сообщить об этом администрации сайта - как это сделать, описано в том же Пользовательском Соглашении. Нарушение будет в кратчайшие сроки устранено, виновные наказаны.

Похожие материалы:
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]
Последние новости
Путин говорит:

Почему у нас так не получается? Потому что, извиняюсь, все сопли жуем и политиканствуем.

Календарь

«  Июнь 2014  »
ПнВтСрЧтПтСбВс
      1
2345678
9101112131415
16171819202122
23242526272829
30

Такие игры

Статистика

Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0