Главная » 2014 » Июль » 29 » Технология 1943 года - битва за Луганск

Технология 1943 года - битва за Луганск



Артиллеристы дают своим гаубицам имена. У них есть «Лёля», «Катенька», «Мулатка», «Виктория». Красной краской имена написаны на зеленых стволах. В разговоре артиллерист не говорит «моя гаубица», «мое орудие» — говорит: «моя Лёля», «моя Мулаточка». Есть новоприбывшие «девочки» — пока безымянные.

Пишу в перерывах между воздушными тревогами, обстрелами и боевыми заданиями. Автомат под рукой. Обряжен в разгрузку, забитую патронами, магазинами, ключами для мин: для скручивания колпачков с взрывателей и перевода взрывателей в режим «осколочный» или «фугасный». Я периодически поправляю разгрузку, как женщины поправляют бюстгальтер. Если слышишь свист — забивайся в любую дыру, нору, закапывайся, падай под машину, — это летит снаряд или мина. Слышишь шелест — это мина на излете, беги и падай как можно дальше от подлого шелеста, мина долетела до предела и падает прямо вниз — и забивайся в любую дыру, нору, закапывайся, падай под машину, но лучше под танк. Бесконтактная война — мы определяем удары противника по звуку.

После штурма 11-ого числа город превратился в призрак — он опустел, жители попрятались в дома, в деревни за границей города, кто-то поехал беженцем в Россию: вроде он есть, и вроде его нет. Когда я приехал сюда в конце июня, продолжалось перемирие между ополчением ЛНР и правительством укров, дома вокруг базы батальона светились огнями по вечерам. Окна закрыты, зашторены, но светились. Теперь они черны, пустота вокруг базы ночью. Больницу эвакуировали. Тьма и молчание вокруг базы, бывшего областного военкомата. Лишь ряд ночных фонарей горит вдоль центральной Оборонной улицы.

Выезжаем рано утром на задание. Улицы безлюдны. Асфальт, витрины, стены — посечены осколками, взломаны попаданиями военной стали. Эхо выстрелов и разрывов мечется по пустым дворам.

Нам нужна вода. Заходим через разбитую витрину в магазин и берем упаковку минералки. Это — не мародерство. У нас есть деньги, мы готовы купить, но — магазины закрыты. Мы заходим через проломы, сделанные вражеской артиллерией, и берем ровно столько, сколько нам необходимо. Никакой жадности, никакого стремления утащить все, что можно взять, набить кузов «Урала», утробу БТРа. Мы не лезем в кассы, сейфы, шкафы. Нам просто нужна вода. Советские сталинского ампира здания молчаливы и угрюмы. Готическая гостиница «Украина», чьи кирпичные стены выложены традиционными украинскими узорами, как-то сразу постарела, наполнилась ветхостью, когда Луганск стал призраком. Мы прячемся в складках призрака, чтобы вести свою войну. В частном секторе изредка нарываемся на лай собак из-за непроглядных глухих заборов. Когда начинают молотить выстрелы, собаки скулят и замолкают.

Небо над городом рвет авиация укров — грузовые винтовые самолеты пролетают на недоступной для ПЗРК высоте, истребители «сушки» выискивают цели. В небо долбят наши «зенитки» — ЗУ-23 М — и ПЗРК. Разрывы, дымы смешиваются с облаками.

Я и интеллигентный Андрей, ветеран войны в Афганистане, шахтер из Краснодона, остаемся в одном из дворов сторожить нашу машину, пока наши уходят на обед. Мы молчим — мы вслушиваемся в поразительное молчание полумиллионного города. Город, лишившийся мирной жизни за один день. Бои на некоторое время затихли. Ветра нет. Ощущение свершившегося Армагедона. Луганск пока не разбит и не раздолбан в пыльные руины, но он уже обесчеловечен. Но он нужен нам — для войны. Он нужен нам для обороны ЛНР. Для последующей мирной жизни.

Наша столовая - это ритуальное место. Никаких преувеличений. Типовой советский зал с четырехугольными колоннами между полом и потолком. В Средней Азии вибрирующее сердце города — это базар. В западном мире — прогулочные пешеходные улицы. На войне — столовая. Чтобы хорошо воевать, надо хорошо кушать. Есть вожди, направляющие, указующие — командиры. И есть жрецы — повара. Наши жрецы — сплошь женщины в комплекте с одним мужчиной. Практически каждый боец в общении с ними вежлив, корректен, воспитан. Кто не воспитан — того поправят другие.

В столовой смешиваются разбросанные по разным расположениям и участкам фронта подразделения. Автоматы уложены сбоку — в руках ложки и хлеб. В столовой равны министр обороны ЛНР и только что прибывший доброволец, разведчики-«спецура» и пропитавшиеся соляркой и маслом танкисты. Мы все едим из одного котла, один и тот же борщ, одну и ту же кашу, пьем одинаковый компот. Учтивое «было очень вкусно» поварам — часть хороших манер.

Сегодня на ужин были отличные макароны с подливкой.

Пленных кормят из нашей столовой, тем же, что едим мы — только в отдельной посуде.

На этой войне наши много курят, матерятся и пьют кофе. Много хруста стеклянных осколков под ногами. Много ожиданий — мы ждем помощи от России.

Чаще всего мины и снаряды, выпущенные по нашей базе, попадают в автовокзал. Разрывами содран асфальт с платформ ожидания, пробита бетонная крыша на одной из платформ, разбито осколками и взрывной волной ленточное остекление зала ожидания. Остов сгоревшего от попадания мины автомобиля «Жигули». Во время боев 11-ого числа с крыши автовокзала по КПП базы два часа стрелял снайпер. Однако автовокзал продолжает работать — хотя количество рейсов минимизировано. В зале ожидания закрыты все магазины. Открыта лишь касса. Есть бомбоубежище. Кто-то из пассажиров ожидает свой рейс в бомбоубежище.

13 июля. Укры начали второй массированный штурм города. Около 70 единиц разной бронетехники и пехота двинулись на город через западный пригород — поселок Александровск. Минометчики обрабатывают позиции, с которых выдвигаются укры. Мы накрываем их огневые точки, косим пехоту. Мимо нас ползут на Александровск наши танки — на кирпичах активной брони надписи красной краской — три заглавные буквы: ЛНР.

Вязкий ухающий бой продолжается весь день. В темноте укры пытаются другой бронеколонной — около 40 танков и БТР, машины с пехотой — прорваться к своим, осажденным в аэропорту. Мы выдвигаемся на позиции. Бесшумно разгружаемся на полянке, окруженной плетением кустов. Разговариваем шёпотом. Ночь лунная — желтый свет стелется по земле. Мигающее зарево боя в стороне аэропорта. Укают ночные птицы. Проезжает наш БТР и длинной очередью прочесывает заросли кустов. Команда: «Работаем». Ослепительные огненные языки минометных выстрелов. Долбим по аэропорту и по бронеколонне, которая туда прорывается. В тишине между выстрелами слышно, как прежними голосами укают птицы — война им не мешает, не отвлекает их.

Выстреливаем весь боезапас. Воздух сдавлен от поднявшейся пыли.

Возвращаемся на базу в темной синеве предрассветных сумерек.

Под утро бои в Александровске и в районе аэропорта затихают, переходят в позиционные перестрелки.



Категория: Военное | Просмотров: 1180 | Добавил: Observer | Теги: Луганск, 1943, технология, Битва, года | Рейтинг: 5.0/2

Настоящий материал самостоятельно опубликован в нашем мультиблоге пользователем Observer на основании действующей редакции Пользовательского Соглашения. Если вы считаете, что такая публикация нарушает ваши авторские и/или смежные права, вам необходимо сообщить об этом администрации сайта - как это сделать, описано в том же Пользовательском Соглашении. Нарушение будет в кратчайшие сроки устранено, виновные наказаны.

Похожие материалы:
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]
Последние новости
Путин говорит:

Мы будем сопли жевать здесь годами?

Календарь

«  Июль 2014  »
ПнВтСрЧтПтСбВс
 123456
78910111213
14151617181920
21222324252627
28293031

Такие игры

Статистика

Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0